Украинские Национальные Новости
информационное агентство
Осведомленность граждан объединяет страну
понедельник, 24 июля 2017 г.2:25
Новости: Политика

Реформа полиции даст только показательные внешние изменения - М.Гольдарб

Реформа полиции даст только показательные внешние изменения - М.Гольдарб

КИЕВ. 23 октября. УНН. В МВД отмечают рост числа тяжких преступлений с применением оружия в столице - в этом году их зафиксировано в три раза больше, чем в прошлом. В общем, наблюдается динамика роста совершения умышленных убийств, разбоев, нанесения тяжких телесных повреждений. Как указывает руководитель "Публичного аудита" Максим Гольдарб, это связано как с факторами социально-экономического кризиса в стране, так и с несовершенством украинского уголовного процессуального законодательства, сообщает УНН.

"Безумное обнищание населения, падение социальных стандартов, вооруженный конфликт, которого никогда не было на территории нашей страны, - все это высвобождает негативную энергию, и эта негативная энергия в любом обществе выливается в понятие "преступность". Поэтому сейчас и растет количество краж, грабежей, разбоев; что хуже всего, усиливается рост особо тяжких преступлений - грабежей при отягчающих обстоятельствах и разбойных нападений", - говорит специалист.

По его словам, чтобы открытые уголовные производства доводили до ума, нужно реформировать всю правоохранительную систему Украины, не ограничиваясь только внедрением полиции. "Допустим, патрульная полиция задержала преступника, но дальше она передает материалы в следственную службу, которая не реформировалась и вынуждена работать по тому проблемному и некачественному Уголовному процессуальному кодексу, который действует сегодня. Причем, учтите, что в силу своей неопытности копы еще не могут полностью правильно документировать преступления. Они передали материалы в следственную службу - там они и канули; если не там, то у следственного судьи; если не у него, то у прокурора".

Максим Гольдарб убежден, что прокуроры физически не могут охватить состояние дел по каждому из тех 200-300 производств, находящихся под их контролем, и знать: где, что и как происходит, как работают следователи. "Это нереально, а раз так, эти производства не расследуют - их просто вносят в Единый реестр (ЕРДР), где бессистемно регистрируются данные по тем или иным производствам. К сожалению, эту огромную компьютерную базу так и не довели до ума".

Кроме того, по его мнению, осталась система манипулирования цифрами, поэтому любые показатели можно "подогнать" под необходимую министру статистику. "Надо увеличить количество убийств - увеличивается, надо уменьшить - уменьшается. Например, в УК, кроме основной статьи 115 (это основная статья, предусматривающая понятие убийства) есть еще 121 статья, часть 2 (причинение тяжких телесных повреждений, повлекших смерть). Так вот, для того, чтобы изменить статистику и количество убийств уменьшилось, их просто квалифицируют по 121 статье. Более того, есть отдельные факты, когда очевидные убийства квалифицируют как хулиганство. Благодаря этому и выравнивается статистика - это всего лишь палочка в умелых руках. С этими данными играют те, кто забыл, что должны бороться с преступностью, а не быть только политиками".

Он добавляет, что раньше и представить себе было нельзя, чтобы районные прокуратуры не вели анализа преступности, в частности, за последние полгода. Прокурор координировал работу с преступностью, и это законодательно относилось к его функциям. Он был обязан знать эти цифры, чтобы понимать, почему происходит рост "тяжелых", почему увеличивается количество преступлений. "Сейчас этого не знают - просто не до этого. Больше думают, как бы в кресле удержаться. Меняется один генеральный прокурор за другим. С каждым из них приходит "деловая команда", которая начинает выяснять с прокурорами: сколько кто кому должен отдать, чтобы остаться на должности. Тут не до преступлений - житейские вопросы утрясать надо", - считает М.Гольдарб.

По его словам, нынешнее уголовное процессуальное законодательство работает против правосудия и против людей. "Этот УПК принимался не для правосудия, а под конкретных людей. Речь идет о руководстве Генеральной прокуратуры и Администрации Президента, то есть о тех, кто пообещал Президенту, что они будут держать систему уголовной юстиции в своих крепких руках. Однако этого не произошло по известным причинам", - отмечает специалист.

Таким образом, усилилась карательная функция уголовного процесса, ведь отсутствует стадия возбуждения дела. Если незаконно возбужденное дело раньше хотя бы можно было отменить через суд, то сейчас и этого нет. Внесли в реестр, и сразу же начали проводить следственные действия: обыски, меры пресечения избирать и т. д. Уголовные производства разрешено инициировать по любым обстоятельствам и в отношении любого человека, поскольку предыдущая проверка наличия признаков преступления - перед внесением данных в ЕРДР - не нужна. Досудебное расследование может нарочно затягиваться, а в это время человека будут терроризировать процессуальными действиями - допросами, обысками, не вынося сообщение о подозрении. Следователю также разрешено самостоятельно проводить негласные розыскные действия. "Безумное обнищание населения, падение социальных стандартов, вооруженный конфликт, которого никогда не было на территории нашей страны, - все это высвобождает негативную энергию, и эта негативная энергия в любом обществе выливается в понятие "преступность". Поэтому сейчас и растет количество краж, грабежей, разбоев; что хуже всего, усиливается рост особо тяжких преступлений - грабежей при отягчающих обстоятельствах и разбойных нападений", - говорит специалист.

По его словам, чтобы открытые уголовные производства доводили до ума, нужно реформировать всю правоохранительную систему Украины, не ограничиваясь только внедрением полиции. "Допустим, патрульная полиция задержала преступника, но дальше она передает материалы в следственную службу, которая не реформировалась и вынуждена работать по тому проблемному и некачественному Уголовному процессуальному кодексу, который действует сегодня. Причем, учтите, что в силу своей неопытности копы еще не могут полностью правильно документировать преступления. Они передали материалы в следственную службу - там они и канули; если не там, то у следственного судьи; если не у него, то у прокурора".

Максим Гольдарб убежден, что прокуроры физически не могут охватить состояние дел по каждому из тех 200-300 производств, находящихся под их контролем, и знать: где, что и как происходит, как работают следователи. "Это нереально, а раз так, эти производства не расследуют - их просто вносят в Единый реестр (ЕРДР), где бессистемно регистрируются данные по тем или иным производствам. К сожалению, эту огромную компьютерную базу так и не довели до ума".

Кроме того, по его мнению, осталась система манипулирования цифрами, поэтому любые показатели можно "подогнать" под необходимую министру статистику. "Надо увеличить количество убийств - увеличивается, надо уменьшить - уменьшается. Например, в УК, кроме основной статьи 115 (это основная статья, предусматривающая понятие убийства) есть еще 121 статья, часть 2 (причинение тяжких телесных повреждений, повлекших смерть). Так вот, для того, чтобы изменить статистику и количество убийств уменьшилось, их просто квалифицируют по 121 статье. Более того, есть отдельные факты, когда очевидные убийства квалифицируют как хулиганство. Благодаря этому и выравнивается статистика - это всего лишь палочка в умелых руках. С этими данными играют те, кто забыл, что должны бороться с преступностью, а не быть только политиками".

Он добавляет, что раньше и представить себе было нельзя, чтобы районные прокуратуры не вели анализа преступности, в частности, за последние полгода. Прокурор координировал работу с преступностью, и это законодательно относилось к его функциям. Он был обязан знать эти цифры, чтобы понимать, почему происходит рост "тяжелых", почему увеличивается количество преступлений. "Сейчас этого не знают - просто не до этого. Больше думают, как бы в кресле удержаться. Меняется один генеральный прокурор за другим. С каждым из них приходит "деловая команда", которая начинает выяснять с прокурорами: сколько кто кому должен отдать, чтобы остаться на должности. Тут не до преступлений - житейские вопросы утрясать надо", - считает М.Гольдарб.

По его словам, нынешнее уголовное процессуальное законодательство работает против правосудия и против людей. "Этот УПК принимался не для правосудия, а под конкретных людей. Речь идет о руководстве Генеральной прокуратуры и Администрации Президента, то есть о тех, кто пообещал Президенту, что они будут держать систему уголовной юстиции в своих крепких руках. Однако этого не произошло по известным причинам", - отмечает специалист.

Таким образом, усилилась карательная функция уголовного процесса, ведь отсутствует стадия возбуждения дела. Если незаконно возбужденное дело раньше хотя бы можно было отменить через суд, то сейчас и этого нет. Внесли в реестр, и сразу же начали проводить следственные действия: обыски, меры пресечения избирать и т. д. Уголовные производства разрешено инициировать по любым обстоятельствам и в отношении любого человека, поскольку предыдущая проверка наличия признаков преступления - перед внесением данных в ЕРДР - не нужна. Досудебное расследование может нарочно затягиваться, а в это время человека будут терроризировать процессуальными действиями - допросами, обысками, не вынося сообщение о подозрении. Следователю также разрешено самостоятельно проводить негласные розыскные действия. "То есть, тот, в отношении кого начато производство, беззащитен против машины, если и машина нацелена именно на него", - резюмирует руководитель "Публичного аудита" Максим Гольдарб.

Источник: УНН
Видео
загрузка...
Погода, Новости, загрузка...